Почтовые марки Мемель

Буржуазия думала, что это «давнишнее желание» исполнено Парижской Коммуной. Но были и другие, сравнительно более глубокие наблюдения. «Киевский телеграф» искал причины Коммуны в социальном развитии Франции: «Отчего же после капитуляции Парижа там вспыхнул страшный социальный переворот; образовалась коммуна, желавшая применить к практической жизни самые нелепые и отчаянные социалистические начала?! Это только результат исторического и общественного развития нации. Это неумолимое проявление действия исторической Немезиды…» °.
В заключение отметим еще один характерный штрих: некоторые либеральные газеты пытались разобраться в различных формах борьбы французского пролетариата и установить признаки его политического развития в XIX в. Так, «С.-Петербургские ведомости» писали: «Заметим еще, что требования пролетариата как бы возвысились с 1848 года, когда были популярны почтовые марки Мемель. Тогда речь шла главным образом о так называемом праве на труд, об обязанности государства обеспечить пролетариям возможность иметь всегда работу за достаточное вознаграждение. «Будем жить, работая, или умрем, сражаясь»,— говорили инсургенты 1848 г. Теперь же между федералистами высказывалась мысль, что пролетариату должна прежде всего принадлежать власть и преобладающее господство в государстве… Люди 1848 года вроде Луи Блана и Ледрю-Роллена были признаны теперь людьми отсталыми».
Большое значение для понимания исторической концепции Щедрина и его отношения к Парижской Коммуне имеют следующие строки из второй редакции главы: «Сама жизненная практика… дает место новым формам и элементам и узаконяет тех, которых в смысле политическом и историческом числили неимеющими рода и племени». Люди, идущие наперекор этому закону истории, и являются, по выражению Щедрина, «анархистами успокоения», а их действия — «консервативной анархией». В противоположность им, «анархисты мнимые» пробивают новые колеи для развития общества, обусловливают его движение и прогресс.